?

Log in

No account? Create an account
1905

1905


Культурно-исторический проект "1905"


Previous Entry Share Flag Next Entry
1905
Котик в каске
arkthur_kl wrote in 1905
Игра, на мой взгляд, удалась на все 100% и даже немного больше.

Я играл военного корреспондента Артура Эдуардовича Эссена, поэтому 80% у меня прошло в Маньчжурии. Да, это то самое чувство, когда возвращаешься разбитой дорогой после короткого визита в Петербург в нашу маленькую деревню без света, прислушиваясь к тому, стреляют или нет, и искренне, всей душой радуешься, как долгожданному возвращению домой. И, конечно, привязываешься к "маньчжурцам". Я каждый раз, как приезжал в Питер, сопровождал наших раненых в госпиталь, и, по-моему, надоел врачам тем, что ждал результатов операций и всяко справлялся о здоровье раненых. Но что поделать, я понимал, что медперсонал занят и им не до меня, но быть безучастным к судьбам наших просто не мог.
Я планировал заниматься репортажами с театра военных действий, но практически сразу же оказался непосредственно вовлечен в эти самые военные действия, так как у нас не всегда хватало солдат. Поэтому мое житие в Маньчжурии выглядело так: боевка, потом госпиталь, где много свободного времени, чтобы писать и обдумывать статьи, поезд в Петербург, несколько часов до следующего поезда там, наполненные активной борьбой за наши интересы, и обратно домой в Маньчжурию превозмогать (боевка, госпиталь и т.д.)
Зато когда меня как-то остановили в Питере жандармы (видимо приняли за революционного студента), достаточно было показать паспорт с местом прописки "Маньчжурия" и медицинскую карту из нашего госпиталя, чтобы отношение изменилось. Было приятно наблюдать, как меняется выражение лица задержавшего было тебя охранника от подозрения к уважению.
Зато был у меня в Петербурге объект черной зависти - это пулемет на дворцовой набережной. Очень, очень хотелось его к нам:)
Война моделировалась, на мой взгляд, красиво и аутентично. До полного реализма, имхо, не хватало только пары попаданий из дальнобойной артиллерии по деревне и рытья ее жителями деревни щелей, чтобы прятаться от них. Но, может быть, и лучше, что деревня Бучжидао была относительно безопасным местом, и мирных раненых и убитых на войне почти не было.
Был невероятно красивый момент, связанный со знаменем. Из штаба стырили боевое наше знамя. Перед боем мы увидели его в руках японцев. И вот мы готовимся к бою, заряжаем ружья, и тут от вражеских окопов к нам идет японских офицер и с поклоном возвращает наше знамя. Эта демонстрация уважения к мужеству врага, несмотря на ожесточенные бои, была настолько в духе той войны, и настолько хороша по игре, что хочу сказать большое спасибо за нее.
Вообще японцы были замечательными японцами. В итоге русский героизм схлестывался с японским героизмом, в результате чего бои были весьма кровопролитными, так как обе стороны сражались до последнего раненого солдата, в том числе состоялась прославившаяся "Атака мертвецов", в которой я имел честь принять участие.
Эссен не сражался только в последний день. Так как я по жизни осознавал, что если опять попаду на много часов в госпиталь, то у меня не останется времени поиграть в Петербурге, а хотелось под конец игры все-таки посмотреть город поближе. Кроме того, заявившись именно военным корреспондентом, хотелось хоть раз отыграть именно эту роль. Это получилось.

И конечно, маньчжурский мем.
Госпиталь. Поток раненых. Время от времени, когда раненые затихают, раздается громкий голос фельдшера Мягкова
Фельдшер: Я не слышу ваших страданий!
Раненые: Раз, два, три. ААААААААААААААА!!!
Думаю, что эти крики должны были быть слышны даже в Петербурге.

Я специально обговорил с мастерами, что хочу играть изначально персонажа без четкой политической позиции, который рабочим сочувствует, к конституции относится позитивно, но ни в каких партиях не состоит, то есть он скорее потенциальный сочувствующий революции. Но именно потенциально, я хотел делать выбор сугубо по игре.
На игре (и сугубо по игре, в результате только игровых событий) я стал убежденным монархистом. Расскажу о том, как это произошло.
Вот мой персонаж, человек с менталитетом викторианской эпохи, для которой монархия норма, а социализм еще только мечта. Хочу поговорить с представителем революционной интеллигенции, допуская немалую вероятность стать по результатам его единомышленником. Но добиться разговора с русским революционером, это, скажу я вам, гораздо сложнее, чем с наследником престола Российской империи Михаилом Александровичем Романовым, или министром юстиции Родзянко, или митрополитом Петербуржским и Ладожским Антонием, или прокурором. К наследнику престола, или к министру юстиции, или к митрополиту, или к прокурору можно обратиться и быть услышанным (хотя я осознавал, что это дерзко, и делал скорее от отчаяния, когда в Маньчжурии случалась очередная беда и нужна была помощь). А вот к революционерам было так просто не подойти. Только два раза за всю игру удалось поговорить о революции. Один раз с нашим политическим ссыльным, во время передыха перед боем. Очень хорошо поговорили, жаль, что крайне мало, так как появились японцы, и пришлось их отгонять. Второй раз на станции с политической ссыльной, которая пыталась нелегально вернуться в Петербург; впрочем, этот второй разговор был уже после того, как эсеры подорвали поезд, везший в Маньчжурию боезапас и медикаменты, то есть я уже был вынужден изменить изначальное положительное отношение на отрицательное, не из-за политики, а просто без патронов в штыковую от японцев особо не отобьешься, а без медикаментов раненые умирают. Но все равно я и тогда закрыл глаза на побег из Маньчжурии политической ссыльной, не стал ее выдавать.
А потом поезд прибыл, а часть наших раненых из ополчения умерла в дороге.
Ну, что тут можно сказать?
Мой персонаж в результате стал убежденным противником конкретно партии эсеров, так как именно по их вине в Маньчжурии получилась жесткая нехватка боезапасов и медикаментов, то есть кровь раненых и убитых была на их руках. Война есть война. Японцы подрывают поезда - их за это бьют. Когда тоже самое делает русская революционная интеллигенция, логика военного времени требует поступать с вредителями точно так же, это вопрос не политики, а физического выживания.
У меня была некоторая возможность воздействовать на происходящее в Петербурге и помешать революции через статьи в прессе. Я использовал ее настолько, насколько было возможно. Притом по ним можно было отследить динамику отношения к происходящему. Сначала я вписывался за революционеров, писал о том, что им надо давать возможность искупить свою вину с оружием в руках и так реабилитироваться, а не мотать бесконечные бессмысленные годы на каторге. Потом я стал, конечно, жестким противником их деятельности, и писал о том вреде, которые они приносят Маньчжурии.
Закончилась политическая динамика моего персонажа следующим образом. Я попросил (по жизни) знакомого игрока доиграть со мной этот конфликт, так как надо было поставить точку. В результате произошел диалог следующего содержания:
Революционер: Для нас, эсеров, это война, мы стреляем и бросаем бомбы, потому что воюем с существующим строем.
Монархист (я): Хорошо, вы называете это войной. Но на войне стреляют в обе стороны. Готовы ли вы за ваши убеждения получить пулю в голову?
Революционер: Да, готов.
Монархист: Готовы ли вы получить пулю в голову прямо сейчас?
Революционер: Это вызов?
Монархист: Да, это вызов.
Революционер: Хорошо, принимаю.
Монархист: Тогда пройдемте.

Хочу обратить внимание, что я тут описываю негативное отношение сугубо персонажа, а не по жизни, и никак его на пожизневку не переношу. По жизни мне понравились персонажи наших двоих политических ссыльных, люди играли очень хорошо. С другими революционерами поиграть, увы, не удалось, хотя я двое суток пытался это сделать.

Игра была заявлена как поэма, поэтому хотелось отыграть любовь безумную, трагическую и прекрасную. Эссен был влюблен в прекрасную графиню Александру Шувалову, изучавшую китайский язык и культуру. Равные отношения, даже дружеские, между аристократкой, приближенной ко двору, и бедным военным корреспондентом невозможны; чтобы сделать положение сколько-то равным нужно было стать или графом, или героем. Я очень хорошо в это поиграл, поэтому участие ополченцем в боевых действиях, и статьи, которые я писал в госпитале, были во многом для того, чтобы стать достойным госпожи графини. Тут не мне судить о результатах, но по крайней мере персонаж сделал все возможное.
Русско-японская война заканчивалась, и под конец игры я стал искать возможности после ее окончания отправиться куда-нибудь в дальние страны "где опасно и далеко от Петербурга", например, вместе с научной экспедицией исследовать Сибирь или Среднюю Азию, или со знакомыми в Индию (устраивать там народное восстание против Британской империи, например, тем более опыт близкого взаимодействия с аборигенами колоний после Маньчжурии был). Это дает возможность прославиться как путешественнику. Но тут кроме личных мотивов была еще и просто любовь к далеким путешествиям, и жажда приключений и романтики, и некоторая адреналиновая наркомания, которая случается у бывших на войне людей.
Я очень благодарен госпоже графине за то, что получилось так удачно поиграть в соответствии с заявленным жанром игры, Александра для Эссена стала действительно путеводной звездой.
Не могу не привести здесь стихи Н.Гумилева, которые, по моему, отражают всю суть этих отношений:
Я конквистадор в панцире железном,
Я весело преследую звезду,
Я прохожу по пропастям и безднам
И отдыхаю в радостном саду.

Как смутно в небе диком и беззвездном!
Растет туман… но я молчу и жду
И верю, я любовь свою найду…
Я конквистадор в панцире железном.

И если нет полдневных слов звездам,
Тогда я сам мечту свою создам
И песней битв любовно зачарую.

Я пропастям и бурям вечный брат,
Но я вплету в воинственный наряд
Звезду долин, лилею голубую.

Вот здесь доиграть душеспасительную беседу с митрополитом Антонием я не успел. Очень жалею, хотя объективно это понятно - я 80% был в Маньчжурии, а в оставшиеся 20% времени по Петербургу приходилось буквально носиться, чтобы все успеть, то есть тут просто времени не хватило. Тем не менее, я хотел честно покаяться, что в какой-то момент в Маньчжурии впал в отчаяние. И что после подрыва поезда ждал революции, которая для нашей станции КВЖД означала бы трагический конец, так как держаться нам стало бы некем и нечем. И вот было у Эссена желание в таковом случае, который казался очень вероятным, не сдаваться в плен, а застрелиться, или лучше убиться об японцев, постаравшись унести с собой побольше. Потому что слишком обидным было бы проиграть после стольких усилий и крови, не из-за японцев, а из-за сдачи своими же. Да, это во многом игровое воспроизведение сюжета из "Порт-Артура" Степанова, там в конце осады защитники города подрывают свой бастион, чтобы не сдавать его японцам.
Ну а как христианин Эссен осознавал, что отчаяние и мысли о самоубийстве - тяжкий грех, и честно хотел в том покаяться.

Тут, конечно, разные точки зрения могут быть. Лично я ехал на игру отдохнуть от современных событий, хотел играть именно в поэму о русско-японской войне 1904-1905, и очень рад тому, как все в итоге получилось.


  • 1
Я помню, как ты мешался в госпитале, но когда сказал, что не можешь оставить своих солдат, это сильно изменило отношение )

Спасибо! Мне было стыдно надоедать медикам.
Дословно там было "моих боевых товарищей", так как я вонзался не как офицер, а как простой ополченец, то есть они не были "моими"

Ну, и эпическую историю, рассказанную нашей кузиной Асей, о генерале, ведущем на бой двух солдат и примкнувших военных корреспондентов и промышленника тоже запомнилась надолго. Так что да, герой легенд! )

:)) Это очень радует, значит, Мечта осуществилась.
Да, был такой момент. Только командовал там не генерал, а обычный подполковник, ему помогал еще один офицер, а все остальное было ополчением. Притом у меня в том бою ружье заклинило сразу же, и до конца боя не стреляло. Я показывал его японцам. Они не знали, что оно не стреляет, пригибались, и тем самым давали нам время перезарядить второе ружье на нашем посту и выстрелить.
Так что я сражался поначалу сугубо психологическим оружием:)

Круто-круто ))) Настоящий рыцарь и герой, да.

Спасибо за колоритного персонажа, диалоги, и совместное таскание мешков)

Тебе спасибо! Я долго был уверен, что вы играете братьев, потом мне только объяснили, что только двоюродных.

Знаешь, мешки - это было что-то с чем-то. Особенно их повторное перетаскивание откуда взяли. Но очень, очень исторично.

Это был призрак Лазаревых, видимо)))

Да, даже адская пожизневка не выбила, третий вариант перестраивания редутов уже заставил смириться с происходящим)

Спасибо за игру...
Один нюанс... Обычно вопрос про страдания я задавал, когда в нашем филиале ада на земле становилось слишком весело ;)

  • 1